Интересные сайты:



Связь миров

Дорога, которой нет конца
И внутри у неё стало пусто
Воздаяние, как нравственная основа бытия
Человек перед лицом совести
Картины прошлого - уроки совести
Судный день - суд совести
Что посеешь...
Каждому по роду жизни его
Я - царь, Я - червь
На вечные мучения
Город на крови

Что посеешь...

Суд позади. Судьба души определена. А дальше — душа переходит в одну из полярных областей: праведников ждет небо или рай,грешников — ад, преисподняя. Рай — вечные радость и счастье, ад — вечные муки.

На этом основные сходные черты заканчиваются. Дальнейшее описание варьируется в пределах от конкретных образов, почти полностью повторяющих земное существование, до совершенно абстрактных метафизических построений. И та, и другая области достаточно подробно описаны в произведениях искусства, в частности в литературе. Достаточно назвать Данте и его «Божественную комедию».

Изображения ада и рая в искусстве подчеркивают противоположность этих обителей мертвых, изображая небесные царства полными света, простора, свободы, непередаваемой радости. Инфернальные пространства темны, замкнуты, полны ужаса и страданий. Один из примеров — художник Иероним Босх и его воистину бессмертные картины «Сад земных наслаждений», «Стог сена» и др.

Вот как представлены основные (универсальные) черты ада и рая у Станислава Грофа:

РАЙ:

«Свет золотой или белый, сияющие облака, радуга. Природа: плодородная почва, поля. со спелым зерном, прекрасные оазисы, парки, роскошные сады, цветущие луга. Деревья перегружены цветами и плодами. Дороги вымощены золотом, драгоценными камнями. Райские ландшафты орошаются фонтанами юности, ручьями с живой водой, озера чисты, реки текут молоком, медом и душистым маслом. Небесная архитектура полупрозрачна и представлена дворцами, залы освещены хрустальными светильниками. Воздух напоен ароматом благовоний. Здесь живут павлины, попугаи, экзотические птицы с блестящим оперением, яркие бабочки, ласковые животные. Живущие здесь люди красивы, эфирны, полупрозрачны, светлы, окружены светящейся аурой или нимбом. Музыка прекрасна, светла и гармонична. Воздух наполнен ароматом благовоний, фимиама. Пищей служат сладкие плоды, амброзия, нектар».

АД:

«Обстановка темна, бесплодна, пустынна. В пейзаже преобладают кратеры вулканов, зияющие пропасти, нагромождения скал, темные ущелья, огнедышащие ямы. Деревья покрыты колючками, шипами, мечами, кинжалами, на них растут ядовитые плоды, имеющие форму головы дьявола. Реки здесь мутные, опасные, озера полны огня, зловонные лужи и гнилые болота сменяют друг друга. Зловещие подземные сооружения, окруженные непроходимыми стенами, холодные коридоры. Воздух зловонный. Высокие трубы и полыхающие горны кузниц окутывают серным oгнем адские города. Обитают орлы, ястребы, совы, отвратительные хищные птицы, кровожадные ягуары, летучие вампиры, гигантские рептилии, ядовитые гады и чудовища, пожирающие души людей. Пребывающие во мраке обладают звериной, ужасающей внешностью. Они жестоки и злобны. Дикая какофония звуков, зубовного скрежета и воплей непереносима для слуха. Все пропитано запахом серы, горящего мусора, гниющих трупов, навоза и падали. Здесь души мучит нестерпимая жажда, неутолимый голод, они поедают нечистоты и даже куски собственной плоти».

Нет, это не анализ эсхатологических представлений.

В последние годы появилось много работ, посвященных изучению измененных состояний сознания. Сам С. Гроф разработал специальные психоделические и дыхательные техники, вызывающие определенные состояния сознания, при которых переживаются подобные видения (мы рассказали о них, когда речь шла о рождении — смерти).

Гроф не одинок в этих исследованиях. Как пример можно назвать Олдоса Хаксли и его книгу «Небо и ад», философа Х. Х. Прайса и его книгу «Жизнь после смерти и понятие Другого Мира». Детальные описания ада дают... наркоманы, переживающие мучительные и устрашающие видения. Подобные переживания бывают у тех, кто страдает душевными расстройствами. Возникают такие картины у людей во время клинической смерти.

Из рассказа немецкого актера Курта Юргенса, пережившего клиническую смерть во время сложной операции:

«Купол операционной превратился в раскаленно-красный. Я увидел вертящиеся гримасничающие рожи, глядевшие на меня. Разразился огненный дождь, но хоть капли были громадными, ни одна не коснулась меня... Они падали вокруг, из них поднимались грозные языки пламени... Я не мог дальше заблуждаться и не видеть страшной правды: без сомнения, лица повелителей этого огненного мира были лицами проклятых. Я был в отчаянии, чувствуя себя несказанно одиноким и покинутым. Ужас, испытанный мною, был так болезнен, что я чуть не задохнулся. Ясно, я был в самом аду».

«Люди умирают столь же разнообразно, как и живут»,— заметил психолог Чарлз Гарфилд, наблюдавший сотни умирающих пациентов, среди которых, по его утверждению, были и те, кто входил в «свет и радость», и те, кто явно «погружался в самые темные и безрадостные миры».

Эсхатологическая мифология начинает пересматриваться учеными. По меньшей мере, говорят они, эта мифология должна быть признана определенным состоянием сознания, возникающим при определенных обстоятельствах. Небезынтересно сравнить описания ада у Грофа и русского писателя Даниила Андреева в его книге «Роза Мира».

«Бесцветный ландшафт, свинцовое, никогда не волнующееся море. Чахлая трава, низкорослые кустарники, мхи... Обиталищами миллионов масс тех, кто были людьми, служат котловины, замкнутые среди невысоких, но непреступных откосов... Работа и сон протекают преимущественно в баракообразных домах, в длинных, перегороженных внутри барьерами высотой до пояса... Небо воспринимается как плотный свод, окутанный постоянной ночью. Некоторые предметы светятся сами, тускло светится земля, точно пропитанная кровью. <...> Я различал неподвижно сидящее на крыше существо, огромное, величиной с ящера мезозойской эры... лукавая хищница подстерегала жертву, жертвой мог быть всякий из тех, кто были людьми <...> там все гниет, но никогда не сгнивает до конца». Подобных описаний у Андреева множество.

А вот одно из описаний христианских представлений об аде: «Преисподние темницы представляют странное и страшное уничтожение жизни при сохранении жизни. Там полное прекращение всякой деятельности, там — одно страдание; там господствует лютейший из сердечных недугов — отчаяние; там плачи и стоны; там узы и оковы неразрешимые; там тьма непроницаемая, несмотря на обилие пламени; там царство вечной смерти. Так ужасны адские муки, теснота и мрак, и смрад, что ничтожна пред ними лютейшая из земных мук — насильственная смерть».

Если мы обратимся к древнейшему зороастризму, то и здесь встретим уже знакомый расклад: «Если добрых дел и мыслей больше, то душа достойна рая. Тогда ведомая прекрасной девушкой, олицетворением собственной совести каждого, она пересекает широкий мост и устремляется вверх. Если же весы склоняются в сторону зла, то мост сужается и становится словно лезвие клинка, а отвратительная ведьма, встречая душу, пересекающую мост, хватает ее и тянет вниз, в ад — в «жилище Дурного помысла», где грешник переживает «долгий век страданий, мрака, дурной пищи и скорбных стонов».

Ощущение тесноты, тяжести, мрака, свойственные религиозным верованиям, начиная с народов Перу, Мексики и до высших степеней культуры, связаны с верой в то, что ад находится в глубинах земли: это и подземный Аид у греков, и Шеол у иудеев. Во всех религиозных системах арийцев, в брахманизме, затем и в христианстве, и в исламе подземный мир — место наказания за дурно прожитую жизнь. И это всегда контраст небесным сферам, полным света, счастья, радости.

Правда, представление о счастье далеко не однозначно., Оно всегда соответствует культурному и — самое главное — нравственному уровню народа.

Душа индейца аджибве встречает все, что нужно для счастливой жизни: глубокие реки, полные рыбы; леса, изобилующие дичью, и своих родственников.

На юго-западе Африки, в области Кимбунда, уверены, что душа живет, развлекаясь охотой, танцами, пища и питье в изобилии, а прислуживают женщины.

По поверьям бразильского племени тупинамба, счастливым будет пребывание в загробной жизни тех, кто был добродетелен. А вот как понимают добродетель тупинамба: «мстить врагам и очень много их съесть. И тогда ты будешь... плясать в роскошных садах с душами отцов».

Очень часто возможность пребывания в раю предоставлена только вождю племени, знахарю. Все остальные сохраняют свое подчиненное положение, и само пребывание в раю им недоступно.

Древние индусы свой воздушный рай, полный цветов, создали для аристократов, а душа плебея умирала вместе с его телом.

Гренландцы, которые были на земле хорошими работниками, признавали только одну эту добродетель и поселяли в раю трудолюбивых, а в аду — лентяев.

Правоверный же мусульманин попадает в райский сад. Здесь его ждет ложе из драгоценных камней и золота, дети подносят чаши с неопьяняющими напитками. Мусульманина окружают лотосы, банановые деревья, любимые плоды и изысканные кушанья. Рядом с ним чудной красоты гурии с черными глазами, подобными жемчужинам в раковинах. Здесь нет праздных, легкомысленных разговоров.

Вот Небо буддистов. Здесь все чувственные радости заменены духовными наслаждениями.

А это рай, увиденный глазами православного святого Андрея: «Радуясь этой красоте, дивясь умом и сердцем несказанному благолепию Божия рая, я ходил по нему и веселился. Там были многие сады с высокими деревьями; они колебались вершинами своими и веселили зрение, от ветвей их исходило благоухание. Одни деревья непрестанно цвели, другие украшались златовидными листами, иные имели различные плоды несказанной красоты...» И далее идет описание дивных птиц, прекрасных виноградников. Все это намного превосходит земные красоты.

Давайте теперь сравним эти представления с тем, что открылось людям, пережившим клиническую смерть или то, что называют «предсмертное состояние».

«Меня окружал красивый, золотистый свет, исходящий из неизвестного источника. Он занимал все пространство вокруг меня, исходя отовсюду. Потом послышалась музыка, мне показалось, что я нахожусь за городом среди ручейков, травы, деревьев, rop. У меня было чувство совершенного мира, полного удовлетворения и любви. Похоже, я стал частью этой любви. Там были люди. Я не видел их, но они определенно были».

«Повсюду меня окружал прекрасный сверкающий свет. В этом чудесном месте все было окрашено в яркие краски, но не такие, как на земле, а совершенно неописуемые. Там были люди, группы людей. Некоторые из них что-то изучали. В отдалении я увидел город, в котором были здания. Они ярко сверкали. Счастливые люди, сверкающая вода, фонтаны... Мне кажется, что это был город света, в котором звучала прекрасная музыка».

Предыдущая      Статьи       Следущая




comments powered by Disqus

Содержание:

Мёртвый песок жизни
Свет в конце тоннеля
Смерть - это рождение, рождение - это смерть
Колесо жизни и смерти
Связь миров
Смерть, зачем ты нам дана?
Исскуство умирать
В присутствии смерти













Дружественные сайты: