Интересные сайты:



Связь миров

Дорога, которой нет конца
И внутри у неё стало пусто
Воздаяние, как нравственная остнова бытия
Человек перед лицом совести
Картины прошлого - уроки совести
Судный день - суд совести
Что посеешь...
Каждому по роду жизни его
Я - царь, Я - червь
На вечные мучения
Город на крови

Дорога, которой нет конца

Небо было совершенно плоским. Такого он никогда не видел. Высокие дома с темными окнами стискивали улицу с двух сторон. Плотный поток людей смешивался с таким же встречным. Было тесно, грязно. Мерзкая слякоть изматывала душу.

Был тот час вечера, когда день смешивается с тьмой. Красный свет от зашедшего солнца вылизывал темное небо. Этот свет делал наступающую тьму еще мрачнее.

Плоские языки, оторвавшись от горизонта, превращались в дымно-красные плоские облака. Небо давило на голову: оно было таким низким, что, забравшись на самый высокий дом, можно было дотронуться до страшной плоскости.

Было холодно и нестерпимо душно одновременно. Липкая влага пропитала одежду, легкие не вмещали воздуха, необходимого для дыхания. Мрачные фигуры идущих навстречу были источником непонятной опасности. Он чувствовал, как его окатывало то ненавистью, то отвращением, то злобой, исходящей от них.

«Почему? Что я им сделал? Ведь никто из них меня не знает».

Темная глыба мужской фигуры приблизилась к нему, и он буквально ослеп от боли. Удары падали со всех сторон. Били ногами, чем-то острым, а еще тяжелым и округлым. Потом он перестал различать удары.

Очнулся не скоро. Медленно собрал месиво своего тела и встал. Улица была пуста. Темные дома тускло светились мрачноватым светом окон. Он прислонился к стене и стал рассматривать окна напротив. Его, избитого, пропитанного болью как губка водой, ошеломили эти окна. В каждом из них свет был красный. Менялись лишь оттенки: от дымно-красного, скорее черного, до светло-красного, который уже можно было назвать светом. «Этого не может быть! Таких не бывает!»

Он медленно перевел взгляд на соседний дом. Свинцовая вода боли тяжело переместилась в его голове. С усилием он стал всматриваться в соседний дом. Все окна светились только красным. Он оторвал спину от стены, отошел на несколько шагов и посмотрел на дом, около которого стоял. Мрачный дом с тускло-красными окнами.

Свет из окон, выбравшись наружу, ничего не освещал, а сразу же рассеивался в темном дымно-желтом воздухе.

Он понял, что потерял сознание, потому что опять очнулся на асфальте, покрытом толстым слоем жидкой, удивительно гладкой и блестящей грязи.

- «Где я? Как я сюда попал? Почему я здесь? ..»

Он попытался вспомнить, что было с ним до того момента, как он попал на эту улицу. Все было как обычно. Он пришел со службы. Жены не было дома, и он был очень сердит: ужином его кормить было некому. Он лежал на диване, отдыхал, когда услышал голоса за дверью: жена разговаривала весело, голос был звонким, весенним. Злоба скрипнула на его зубах. Он бросился к двери, но жена уже вошла.

— Я говорил тебе, не смей так разговаривать! Это неприлично! Ты опять меня не слушаешься? Погоди, Марта, ты у меня порадуешься, я научу тебя быть смиренной, сосуд с грехом. Ты вся пропитана скверной. Посмотри на себя: прилично ли женщине в твоем возрасте так вызывающе выглядеть? Гореть тебе в аду, Марта. Страшной будет расплата за твою веселую жизнь. Ты еще поплачешь кровавыми слезами...

Он не обращал внимания на слезы жены: ее смех всегда сменялся слезами. Он видел, что делает ей больно, но понимал, что это необходимо, ведь он знал греховность человеческой натуры как никто другой. Он должен был исправить жену, изменить ее страшную участь. Он бьется с ней уже двадцать лет. Двадцать лет он читает ей нужные книги, сама она и в руки бы их не взяла. Говорит о ее страшной участи. Но переделать ее до конца не может. Нет, благие изменения, конечно, были. Но разве такой малости он хочет для своей жены?

Он прилег отдохнуть. Сквозь дрему услышал возбужденный голос сына, тот опять клянчил деньги у матери. Вскочив с дивана, он бросился к Марте и сыну. Жена доставала из сумки кошелек.

— Я говорил, что деньги не предназначены для развлечений?

Он схватил сына за длинные волосы и перегнул хрупкую фигурку через свое колено.

— Папа, не надо, ну пожалуйста, ведь я большой уже! Он не слушал сына и жалобных всхлипов жены.

Тяжелая ладонь опустилась на привычное для наказания место. Тяжелый гнев начал застилать мозг. Сначала он сопротивлялся ему, а потом отпустил.

И вот... Он на этой мерзкой улице. Мокрый, избитый, бредущий невесть куда.

«Где же я? Как я здесь оказался?»

Он посмотрел вперед. Дорога шла вниз, и конца ей не было видно.

Предыдущая      Статьи       Следущая




comments powered by Disqus

Содержание:

Мёртвый песок жизни
Свет в конце тоннеля
Смерть - это рождение, рождение - это смерть
Колесо жизни и смерти
Связь миров
Смерть, зачем ты нам дана?
Исскуство умирать
В присутствии смерти













Дружественные сайты: